13. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
«На Кавказе тогда была война. По дорогам ни днём, ни ночью не было проезда. Чуть кто из русских отойдёт от крепости, татары или убьют, или уведут в горы».
а) М.Ю. Лермонтов «Бородино»; б) Саша Чёрный «Кавказский пленник»
в) Л.Н. Толстой «Кавказский пленник»
14. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
«Если вы подъезжаете к местечку с востока, вам прежде всего бросается в глаза тюрьма, лучшее архитектурное украшение города».
а) Г.К. Андерсен «Снежная королева»; б) В.Г. Короленко «В дурном обществе»
в) А.П. Чехов «Хирургия»
15. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
«Секунду дьячок ищет глазами икону и, не найдя таковой, крестится на бутыль с карболовым раствором…»
а) Н.В. Гоголь «Заколдованное место» б) А.П. Чехов «Хирургия» в) К.Г. Паустовский «Заячьи лапы»
16. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
«При мысли о своём одиночестве я заплакал, но, вспомнив, что слёзы никогда не прекращают несчастий, решил продолжать свой путь и во что бы то ни стало добраться до разбитого судна»
а) В.П. Астафьев «Васюткино озеро» б) Н.А. Некрасов «На Волге»
в) Д. Дефо «Робинзон Крузо»
17. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
Уж сколько раз твердили миру
Что лесть гнусна, вредна; но только всё не впрок,
И в сердце льстец всегда отыщет уголок.
а) Р.Л. Стивенсон «Вересковый мёд» б) Н.А. Некрасов «Мороз, Красный нос»
в) И.А. Крылов «Ворона и Лисица»
18. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
… Звучал булат, картечь визжала,
Рука бойцов колоть устала,
И ядрам пролетать мешала
Гора кровавых тел.
а) Р.Л. Стивенсон «Вересковый мёд» б) В.А. Жуковский «Кубок»
в) М.Ю. Лермонтов «Бородино»
19. Определите, из какого произведения взят данный фрагмент.
«Да, вот вы говорили насчёт того, что человек может совладать, как говорят, с нечистым духом. Оно, конечно, то есть, если хорошенько подумать, бывают на свете всякие случаи… Однако ж не говорите этого. Захочет обморочить дьявольская сила, то обморочит; ей-богу, обморочит!»
а) П.П. Бажов «Медной горы Хозяйка» б) Н.В. Гоголь «Заколдованное место»
в) Д. Дефо «Робинзон Крузо»
20. Поэт, учившийся в Царскосельском лицее.
а) А.С. Пушкин б) М.Ю. Лермонтов в) М.В. Ломоносов
21. Автором стихотворения «На Волге» является: а) Пушкин А. С. б) Жуковский В. А.; в) Некрасов Н. А.
Явление I
Г-жа Простакова, Митрофан, Еремеевна.
Г-жа Простакова (осматривая кафтан на Митрофане). Кафтан весь испорчен. Еремеевна, введи сюда мошенника Тришку. (Еремеевна отходит.) Он, вор, везде его обузил. Митрофанушка, друг мой! Я чаю, тебя жмет до смерти. Позови сюда отца.
Митрофан отходит.
Явление II
Г-жа Простакова, Еремеевна, Тришка.
Г-жа Простакова (Тришке). А ты, скот, подойди поближе. Не говорила ль я тебе, воровская харя, чтоб ты кафтан пустил шире. Дитя, первое, растет; другое, дитя и без узкого кафтана деликатного сложения. Скажи, болван, чем ты оправдаешься?
Тришка. Да ведь я, сударыня, учился самоучкой. Я тогда же вам докладывал: ну, да извольте отдавать портному.
Г-жа Простакова. Так разве необходимо надобно быть портным, чтобы уметь сшить кафтан хорошенько. Экое скотское рассуждение!
Тришка. Да вить портной-то учился, сударыня, а я нет.
Г-жа Простакова. Ища он же и спорит. Портной учился у другого, другой у третьего, да первоет портной у кого же учился? Говори, скот.
Тришка. Да первоет портной, может быть, шил хуже и моего.
Митрофан (вбегает). Звал батюшку. Изволил сказать: тотчас.
Г-жа Простакова. Так поди же вытащи его, коли добром не дозовешься.
Митрофан. Да вот и батюшка.
Явление III
Те же и Простаков.
Г-жа Простакова. Что, что ты от меня прятаться изволишь? Вот, сударь, до чего я дожила с твоим потворством. Какова сыну обновка к дядину сговору? Каков кафтанец Тришка сшить изволил?
Простаков (от робости запинаясь). Me… мешковат немного.
Г-жа Простакова. Сам ты мешковат, умная голова.
Простаков. Да я думал, матушка, что тебе так кажется.
Г-жа Простакова. А ты сам разве ослеп?
Простаков. При твоих глазах мои ничего не видят.
Г-жа Простакова. Вот каким муженьком наградил меня Господь: не смыслит сам разобрать, что широко, что узко.
Простаков. В этом я тебе, матушка, и верил и верю.
Г-жа Простакова. Так верь же и тому, что я холопям потакать не намерена. Поди, сударь, и теперь же накажи…
Явление IV
Те же и Скотинин.
Скотинин. Кого? За что? В день моего сговора! Я тебя, сестрица, для такого праздника отложить наказание до завтрева; а завтра, коль изволишь, я и сам охотно Не будь я Тарас Скотинин, если у меня не всякая вина виновата. У меня в этом, сестрица, один обычай с тобою. Да за что ж ты так прогневалась?
Г-жа Простакова. Да вот, братец, на твои глаза пошлюсь. Митрофанушка, подойди сюда. Мешковат ли этот кафтан?
Скотинин. Нет.
Простаков. Да я и сам уже вижу, матушка, что он узок.
Скотинин. Я и этого не вижу. Кафтанец, брат, сшит изряднехонько.
Г-жа Простакова (Тришке). Выйди вон, скот. (Еремеевне.) Поди ж, Еремеевна, дай позавтракать ребенку. Вить, я чаю, скоро и учители придут.
Еремеевна. Он уже и так, матушка, пять булочек скушать изволил.
Г-жа Простакова. Так тебе жаль шестой, бестия? Вот какое усердие! Изволь смотреть.
Еремеевна. Да во здравие, матушка. Я вить сказала это для Митрофана же Терентьевича. Протосковал до самого утра.
Г-жа Простакова. Ах, Мати Божия! Что с тобою сделалось, Митрофанушка?
Митрофан. Так, матушка. Вчера после ужина схватило.
Скотинин. Да видно, брат, поужинал ты плотно.
Митрофан. А я, дядюшка, почти и вовсе не ужинал.
Простаков. Помнится, друг мой, ты что-то скушать изволил.
Митрофан. Да что! Солонины ломтика три, да подовых, не помню, пять, не помню, шесть.
Еремеевна. Ночью то и дело испить просил. Квасу целый кувшинец выкушать изволил.
Митрофан. И теперь как шальной хожу. Ночь всю така дрянь в глаза лезла.
Г-жа Простакова. Какая ж дрянь, Митрофанушка?
Митрофан. Да то ты, матушка, то батюшка.
Г-жа Простакова. Как же это?
Митрофан. Лишь стану засыпать, то и вижу, будто ты, матушка, изволишь бить батюшку.
Простаков (в сторону). Ну, беда моя! Сон в руку!
Митрофан (разнежась). Так мне и жаль стало.
Г-жа Простакова (с досадою). Кого, Митрофанушка?
Митрофан. Тебя, матушка: ты так устала, колотя батюшку.
Г-жа Простакова. Обойми меня, друг мой сердечный! Вот сынок, одно мое утешение.
Скотинин. Ну, Митрофанушка, ты, я вижу, матушкин сынок, а не батюшкин!
Простаков. По крайней мере я люблю его, как надлежит родителю, то-то умное дитя, то-то разумное, забавник, затейник; иногда я от него вне себя и от радости сам истинно не верю, что он мой сын.
Скотинин. Только теперь забавник наш стоит что-то нахмурясь.
Г-жа Простакова. Уж не послать ли за доктором в город?
Митрофан. Нет, нет, матушка. Я уж лучше сам выздоровлю. Побегу-тка теперь на голубятню, так авось-либо…
Г-жа Простакова. Так авось-либо Господь милостив. Поди, порезвись, Митрофанушка.
Объяснение:
По распространенному в древности преданию, спартанцы, угнетаемые поражениями во Второй Мессенской войне, обратились по внушению оракула к Афинам с дать им полководца. Афиняне в насмешку послали им хромого школьного учителя Тиртея, но он сумел воспламенить сердца спартанцев своими песнями, вдохнул в них несокрушимую отвагу и тем доставил им торжество над врагами.
Стихотворения Тиртея, по свидетельству древних грамматиков, были изданы в 5-ти книгах. «Благоустройство» (ευνομία), наиболее прославленная элегия Тиртея — поэма на ионийском наречии, состоявшая из длинного ряда элегических двустиший. От неё уцелели небольшие отрывки, восполняемые сведениями о её содержании у Аристотеля (Политика, V, 6, 2) и Павсания (IV, 18, 1). Поэма прославляла законность и благоустройство, установленное издревле самими богами и потрясенное мессенскими войнами и раздорами внутри спартанской общины. Распределение власти между царями, старейшинами и народом исходит от Аполлона и было возвещено дельфийским оракулом (фрагм. 4). Заключением поэмы служило воззвание к патриотизму и мужеству всего спартанского народа во имя благ, неразлучных с царством закона и порядка. «Корыстолюбие, ничто иное погубит Спарту», — гласит один из стихов поэмы. По содержанию к «Благоустройству» Тиртея близка политическая элегия Солона.
Другие элегии Тиртея известны под именем «Увещаний» (υποθηκαί), как назывались и некоторые из Солоновских стихотворений. Благодаря оратору Ликургу и Стобею до нас дошли три значительных отрывка элегий в 30—40 стихов каждый. Они близки друг к другу не только по общему воинственному тону, но и по отдельным чертам, какими рисуются храбрый воин и трус на поле брани, участь того и другого при жизни и по смерти, участь детей обоих и всего их потомства; советы, предостережения и обещания перемежаются с ярко очерченными образами сражающихся, или павших в бою, или бежавших с поля сражения, или благополучно возвратившихся домой после победы. Основной мотив двух «увещаний» — противопоставление героя и труса, превознесение одного и беспощадное осуждение другого. В элегиях Тиртея слышится звон оружия, смятение битвы, но вместе с тем и уверенность в победе, если воины последуют внушению поэта. В историческое время не одни спартанцы, но и афиняне находили эти стихотворения пригодными для воспитания в юношах военной доблести и неустрашимости перед врагом.
Объяснение: