К. Воробьев Повесть "Убиты под Москвой" Что говорит о том, что большинство курсантов долгое время несерьезно относились к происходящему? Какие важные проблемы тем самым задаются в произведении?
Как проявлялся героизм людей во время Великой Отечественной войны? Над этим вопросом рассуждает советский и российский писатель Владимир Богомолов.
Автор рассказывает нам один из многих случаев, который произошёл с рейсом “Ласточки”. Доставка боеприпасов защитникам Отечества любой ценой – вот главная задача “Волжской флотилии”. В. Богомолов представляет перед читателями картину сражения русских воинов с немецким фашизмом на реке Волге. По словам автора, сержант Смирнов и все, кто находились на борту, прекрасно понимали, что на таком пароходе выжить им будет очень трудно, но перед защитниками Отечества стояла задача доставить боеприпасы, находясь под вражеским прицелом. Несмотря на это, они, как настоящие герои, выполнили свой долг, не страшась ничего.
Несокрушимая сила воли, желание довести начатое дело до конца русскому народу взять верх над врагом. В этих словах мы видим позицию автора.
"Русским Нилом" мне хочется назвать нашу Волгу. Что такое Нил -- не в географическом и физическом своем значении, а в том другом и более глубоком, какое ему придал живший по берегам его человек? "Великая, священная река", подобно тому как мы говорим "святая Русь", в применении тоже к физическому очерку страны и народа. Нил, однако, звался "священным" не за одни священные предания, связанные с ним и приуроченные к городам, расположенным на нем, а за это огромное тело своих вод, периодически выступавших из берегов и оплодотворявших всю страну. Но и Волга наша издревле получила прозвание "кормилицы". "Кормилица-Волга"... Кроме этого названия она носит и еще более священное -- матери: "матушка-Волга"... Так почувствовал ее народ в отношении к своему собирательному, множественному, умирающему и рождающемуся существу. "Мы рождаемся и умираем, как мухи, а она, матушка, все стоит" (течет) -- так определил смертный и кратковременный человек свое отношение к ней как к чему-то вечному и бессмертному, как к вечно сущему и живому, тельному условию своего бытия и своей работы. "Мы -- дети ее: кормимся ею. Она -- наша матушка и кормилица". Что-то неизмеримое, вечное, питающее...
Много священного и чего-то хозяйственного. И "кормилицею" и "матушкою" народ наш зовет великую реку за то, что она родит из себя какоето неизмеримое "хозяйство", в котором есть приложение и полуслепому 80-летнему старику, чинящему невод, и богачу, ведущему многомиллионные обороты: и все это "хозяйство" связано и развязано, обобщено одним духом и одною питающею влагою вот этого тела "Волги" и вместе бесконечно разнообразно, свободно, то тихо, задумчиво, то шумно и хлопотливо, смотря по индивидуальности участвующих в "хозяйстве" лиц и по избранной в этом "хозяйстве" отрасли. И вот наш народ, все условия работы которого так тяжки по физической природе страны и климату и который так беден, назвал с неизмеримою благодарностью великую реку священными именами за ту в работе, какую она дает ему, и за те неисчислимые источники пропитания, какие она открыла ему в разнообразных промыслах, с нею связанных. И "матушка" она, и "кормилица" она потому, что открыла для человеческого труда неизмеримое поприще, все двинув собою, и как-то благородно двинув, мягко, неторопливо, непринужденно, неповелительно. В этом ее колорит
Как проявлялся героизм людей во время Великой Отечественной войны? Над этим вопросом рассуждает советский и российский писатель Владимир Богомолов.
Автор рассказывает нам один из многих случаев, который произошёл с рейсом “Ласточки”. Доставка боеприпасов защитникам Отечества любой ценой – вот главная задача “Волжской флотилии”. В. Богомолов представляет перед читателями картину сражения русских воинов с немецким фашизмом на реке Волге. По словам автора, сержант Смирнов и все, кто находились на борту, прекрасно понимали, что на таком пароходе выжить им будет очень трудно, но перед защитниками Отечества стояла задача доставить боеприпасы, находясь под вражеским прицелом. Несмотря на это, они, как настоящие герои, выполнили свой долг, не страшась ничего.
Несокрушимая сила воли, желание довести начатое дело до конца русскому народу взять верх над врагом. В этих словах мы видим позицию автора.
"Русским Нилом" мне хочется назвать нашу Волгу. Что такое Нил -- не в географическом и физическом своем значении, а в том другом и более глубоком, какое ему придал живший по берегам его человек? "Великая, священная река", подобно тому как мы говорим "святая Русь", в применении тоже к физическому очерку страны и народа. Нил, однако, звался "священным" не за одни священные предания, связанные с ним и приуроченные к городам, расположенным на нем, а за это огромное тело своих вод, периодически выступавших из берегов и оплодотворявших всю страну. Но и Волга наша издревле получила прозвание "кормилицы". "Кормилица-Волга"... Кроме этого названия она носит и еще более священное -- матери: "матушка-Волга"... Так почувствовал ее народ в отношении к своему собирательному, множественному, умирающему и рождающемуся существу. "Мы рождаемся и умираем, как мухи, а она, матушка, все стоит" (течет) -- так определил смертный и кратковременный человек свое отношение к ней как к чему-то вечному и бессмертному, как к вечно сущему и живому, тельному условию своего бытия и своей работы. "Мы -- дети ее: кормимся ею. Она -- наша матушка и кормилица". Что-то неизмеримое, вечное, питающее...
Много священного и чего-то хозяйственного. И "кормилицею" и "матушкою" народ наш зовет великую реку за то, что она родит из себя какоето неизмеримое "хозяйство", в котором есть приложение и полуслепому 80-летнему старику, чинящему невод, и богачу, ведущему многомиллионные обороты: и все это "хозяйство" связано и развязано, обобщено одним духом и одною питающею влагою вот этого тела "Волги" и вместе бесконечно разнообразно, свободно, то тихо, задумчиво, то шумно и хлопотливо, смотря по индивидуальности участвующих в "хозяйстве" лиц и по избранной в этом "хозяйстве" отрасли. И вот наш народ, все условия работы которого так тяжки по физической природе страны и климату и который так беден, назвал с неизмеримою благодарностью великую реку священными именами за ту в работе, какую она дает ему, и за те неисчислимые источники пропитания, какие она открыла ему в разнообразных промыслах, с нею связанных. И "матушка" она, и "кормилица" она потому, что открыла для человеческого труда неизмеримое поприще, все двинув собою, и как-то благородно двинув, мягко, неторопливо, непринужденно, неповелительно. В этом ее колорит