Благовест» А. К. Толстого и «Колокола» К. Р. ВЫПИШИ ТОЛЬКО О СТИХОТВОРЕНИИ ТОЛСТОГО.
Оба автора описывают впечатление, производимое на них колокольным звоном. Звук колоколов своеобразно воспроизводится в звучании стихотворений, не случайно поэты прибегают к слову “уныло”, очевидно выражающему длящийся звук колокола в открытом пространстве. Необходимо увидеть и другие средства воспроизведения его: например, вторая строфа у А. К. Толстого инструментована на “и”; а К. Р. (великий князь Константин Константинович Романов) использует в стихотворении протяжный, распевный ритм (шеститопный ямб) , соответствующий впечатлению наполненности пространства звуком, как будто стоящим в воздухе. Двустопный ямб А. Толстого тоже по-своему передаёт колокольный звон; два ударения в стихе словно воспроизводят удары колоколов, радостно зовущих людей в храм.
В стихотворениях следует обратить внимание на различие названий, выявляющее оттенок темы. Благовест — это колокольный звон, оповещающий о начале церковной службы, этот религиозный оттенок значения важно учитывать в стихотворении А. К. Толстого. «Колокола» — название более конкретное, предметное. В связи с этим различием необходимо остановиться на образах стихотворений.
А. К. Толстому колокольный звон напоминает о церковной службе, смысл которой — общение с Богом и очищение души. В пятой строфе он рассказывает о таком общении (“молюсь и каюсь я”, “и отрекаюсь я от дела злого”), а в двух последующих — о воздействии его на человеческую душу. В связи со сказанным необходимо остановиться на смысле образов храма и кладбища, которыми начинается стихотворение: ведь они связывают человека с иными мирами. Затем целесообразно прояснить образ “края родимого, благодатного”, куда стремится лирический герой и куда зовут его звуки благовеста.
Темой стихотворения К. Р. является воспоминание о родине, вызванное колокольным звоном. Необходимо отметить лиричность воспоминаний, пронизанных чувствами тоски русского человека за границей (не случайно под стихотворением стоят дата и место его написания) . Эта общая ситуация характеризуется противопоставлением в первой строфе: “сторона чужая” / “отчизна милая”. Особая поэтичность этих выражений в их простоте и традиционности (ср. фольклорное “чужая сторона”). Было бы замечательно отметить и привычность этих чувств: “опять припомнился” и “прежняя тоска”: подобные состояния знакомы каждому русскому человеку, бывавшему за границей; в лирическом произведении всегда присутствует обобщение. Представленная читателю ситуация разлуки с родиной объясняет и чувства лирического героя: колокола звучат “грустно”, на сердце тоска. Следующая часть стихотворения — описание неназванной России, приметы которой легко узнаются: север, равнина, село, благовест. Это описание становится поворотным моментом в развитии лирического сюжета (развитии эмоций говорящего) . Если вначале звуки благовеста ему кажутся грустными и унылыми, потом они названы безэмоционально “знакомыми”, а в конце они звучат “ласково и нежно”. Колокольный звон — это словно привет с родины, согревающий сердце поэта.
В целом стихотворения построены похоже: сначала описание колокольного звона, затем состояния лирического героя, и наконец, обобщающие слова, подводящие итог впечатлению. Чувства лирического героя нарастают к концу, слушая колокольный звон, он проникается им, вбирая в себя родные звуки, и душа откликается на них — этот отклик, как и положено, у каждого свой, он самобытен и неповторим. >
Праздник, связанные с ним поверья, его особая атмосфера вольности и веселья выводят жизнь из её обычной колеи и делают невозможное возможным. Рядом с реальными персонажами (Головой, свояченицей, Чубом, Левко, Ганой, Оксаной, Вакулой и другими) действуют фантастические существа (ведьма, черт, утопленница, мертвец). Сказочные происшествия (полёт Вакулы на черте, украденный чертом месяц, собранные ведьмой звезды) вводятся в повествование как самые обыкновенные. Границы между реальным и фантастическим миром оказываются размытыми: то ли во сне, то ли наяву происходит диалог Левко с панночкой… Переодевания, мистификации, развенчания, во множестве встречающиеся в этих повестях, придают реальным событиям черты ирреальных, странных, необъяснимых, фантастических. И напротив, совершаются события, которое вначале кажутся невозможными, неисполнимыми (посещение Вакулой царского дворца, заполучение им «черевиков» самой государыни, свадьбы Вакулы и Оксаны, Левко и Ганны).Трудно провести границу между реальностью и фантастикой, настолько они переплелись между собой, они дополняют друг друга. Трудно представить себе одно без другого. Между ними нет грани, да и наверное, ее не может быть.
Объяснение:
Благовест» А. К. Толстого и «Колокола» К. Р. ВЫПИШИ ТОЛЬКО О СТИХОТВОРЕНИИ ТОЛСТОГО.
Оба автора описывают впечатление, производимое на них колокольным звоном. Звук колоколов своеобразно воспроизводится в звучании стихотворений, не случайно поэты прибегают к слову “уныло”, очевидно выражающему длящийся звук колокола в открытом пространстве. Необходимо увидеть и другие средства воспроизведения его: например, вторая строфа у А. К. Толстого инструментована на “и”; а К. Р. (великий князь Константин Константинович Романов) использует в стихотворении протяжный, распевный ритм (шеститопный ямб) , соответствующий впечатлению наполненности пространства звуком, как будто стоящим в воздухе. Двустопный ямб А. Толстого тоже по-своему передаёт колокольный звон; два ударения в стихе словно воспроизводят удары колоколов, радостно зовущих людей в храм.
В стихотворениях следует обратить внимание на различие названий, выявляющее оттенок темы. Благовест — это колокольный звон, оповещающий о начале церковной службы, этот религиозный оттенок значения важно учитывать в стихотворении А. К. Толстого. «Колокола» — название более конкретное, предметное. В связи с этим различием необходимо остановиться на образах стихотворений.
А. К. Толстому колокольный звон напоминает о церковной службе, смысл которой — общение с Богом и очищение души. В пятой строфе он рассказывает о таком общении (“молюсь и каюсь я”, “и отрекаюсь я от дела злого”), а в двух последующих — о воздействии его на человеческую душу. В связи со сказанным необходимо остановиться на смысле образов храма и кладбища, которыми начинается стихотворение: ведь они связывают человека с иными мирами. Затем целесообразно прояснить образ “края родимого, благодатного”, куда стремится лирический герой и куда зовут его звуки благовеста.
Темой стихотворения К. Р. является воспоминание о родине, вызванное колокольным звоном. Необходимо отметить лиричность воспоминаний, пронизанных чувствами тоски русского человека за границей (не случайно под стихотворением стоят дата и место его написания) . Эта общая ситуация характеризуется противопоставлением в первой строфе: “сторона чужая” / “отчизна милая”. Особая поэтичность этих выражений в их простоте и традиционности (ср. фольклорное “чужая сторона”). Было бы замечательно отметить и привычность этих чувств: “опять припомнился” и “прежняя тоска”: подобные состояния знакомы каждому русскому человеку, бывавшему за границей; в лирическом произведении всегда присутствует обобщение. Представленная читателю ситуация разлуки с родиной объясняет и чувства лирического героя: колокола звучат “грустно”, на сердце тоска. Следующая часть стихотворения — описание неназванной России, приметы которой легко узнаются: север, равнина, село, благовест. Это описание становится поворотным моментом в развитии лирического сюжета (развитии эмоций говорящего) . Если вначале звуки благовеста ему кажутся грустными и унылыми, потом они названы безэмоционально “знакомыми”, а в конце они звучат “ласково и нежно”. Колокольный звон — это словно привет с родины, согревающий сердце поэта.
В целом стихотворения построены похоже: сначала описание колокольного звона, затем состояния лирического героя, и наконец, обобщающие слова, подводящие итог впечатлению. Чувства лирического героя нарастают к концу, слушая колокольный звон, он проникается им, вбирая в себя родные звуки, и душа откликается на них — этот отклик, как и положено, у каждого свой, он самобытен и неповторим. >