Нижнеозёрск — небольшой город в средней полосе России, с железнодорожной станцией, речкой, базаром, фабрикой, мясокомбинатом, библиотекой и театром; и «цирк летом приезжает». Цены на всё аховые, земля вокруг начинена минами и снарядами. И всё-таки жизнь как будто налаживается. Во всяком случае, люди уже не пугаются почтальона: он больше не носит похоронок. Солдаты возвращаются домой. Бывает, приходят те, кого и ждать перестали. А кого ждут — не приходят.
Виктор и Вадим (Вад, как зовут его дома) уже твёрдо прописались в безотцовщину. Водят дружбу с отчаянными пацанами, легкомысленно интересуются всем, что взрывается, совершают дальние путешествия на товарных поездах, от материнских рук совсем отбились. Мать, стрелочница на железной дороге, раздумывает, выходить ли ей замуж за культурного человека, бухгалтера. И дети не против, чтобы тот стал им отчимом.
Отец Виктора и Вада до войны учился в военном училище, воевал на финском фронте. Так что и старший сын его плохо помнит, а о младшем говорить нечего. И вот однажды отец, о котором известно, что он погиб в сорок четвёртом, приходит домой — здоровый, сильный, строгий, почти чужой. Как в рассказе Андрея Платонова «Возвращение»; ещё этот рассказ назывался «Семья Иванова». Ивановы, Петровы — сколько таких семей было после Победы!
В повести Евгения Дубровина «В ожидании козы» они Бородины — отец с матерью и два брата. Это повесть для подростков. Но её сюжет и, прежде всего, жизнь Бородиных осложняется тем, что воскресший солдат был в окружении и в плену. Правда, он бежал из плена, как-то попал во Францию, участвовал в Сопротивлении. Но паспорта у него нет; как кормить семью, неясно.
Возникает мечта о благословенном крае, деревне Утиное, где отца все знают и, конечно, сразу возьмут на работу (он там родился и кузнечил когда-то). Немцев в Утином не было, кругом сады, народ зажиточный, пшеницы — что песка речного, «в пруду столько рыбы, что сунь палец — укусит». Главное, коза не дороже кошки.
В первой части повести Утиное — миф, во второй — реальность. Маленькая степная деревня с большим кладбищем. Люди голодают жесточе, чем в Нижнеозёрске, даже лебеду всю поели. В колхозе одни женщины да инвалиды. Особого доверия к бывшему пленному нет. Стоило Виктору провиниться — школьное начальство тут же связало его проступок с пленом отца. Ещё неизвестно, чем бы кончилось глупое и опасное разбирательство «срыва стенгазеты», если бы всё не разрешилось само собой. Причём так трагически, как в детских книгах почти никогда не бывает.
Родители ведь отправились за той самой козой в совсем уж сказочную местность — Белогорье. Пешком, километров двести от Утиного. Козу теперь надеялись выменять на ценные вещи — пальто, шаль, перину. Детям дали наказ, что делать и чего не делать, и оставили собаку Рекса.
Собака охраняла братьев верно, однако недолго. Смерть Рекса оказалась нелепой и жуткой. Что говорить об этом, когда свобода Виктора и Вада закончилась гибелью младшего брата. И когда Виктору не пришлось держать ответ перед родителями за всё, что в их отсутствие случилось, потому что домой они не вернулись. Письмо-то от них он получил, что козу купили, идут днём и ночью, но места глухие, идти страшно, «овраги одни, деревень совсем мало и люди встречаются редко». Виктор ждал родителей ещё года два, ходил по деревням, спрашивал. «Убили небось, — говорила какая-нибудь старушка. — Тогда могли за козу…»
Кроме Бородиных, в повести много народу. Мальчишки в Нижнеозёрске, мальчишки в Утином и райцентре — каждый со своим именем или прозвищем и характером. Девочка Лора — первая (нет, вторая) любовь Виктора. Дядя Сева Иванович, ловец детских душ, — то ли родственник, то ли мошенник и вор, то ли в самолёте горевший, то ли в каких-то неприглядных обстоятельствах получивший свои увечья. Разные горожане, колхозники, фронтовики. Люди, которые делят всех вокруг на воевавших и не воевавших, жизнь — на «до Победы» и «после». Притом настроение повести соответствует выражению «смех сквозь слёзы». Тут много шуток, баловства, необязательных приключений и разговоров. Тем ошеломительнее для читателя конец истории и прямое авторское суждение с последней страницы: «После миллионов смертей дёшево ценилась простая человеческая жизнь».
Со мной недавно произошёл некрасивый случай. Началось всё с того, что я упала прямо в коридоре около класса. Все вокруг засмеялись и начали подшучивать надо мной. Во-первых, мне было больно, а во-вторых, мне было очень обидно. Что смешного в том, что человек упал? Ему же больно и немного стыдно. Но хуже всего было то, что моя подруга Наташка смеялась вместе со всеми. От обиды я расплакалась и пересела за другую парту. Я решила, что больше никогда не буду с ней дружить. После урока Наташа подошла ко мне. Я отвернулась. Она молча сидела около меня и вдруг тоже заплакала. - Прости меня, - всхлипывала Наташка. - Не знаю, почему я засмеялась. Прости. Мне стала так жалко подружку, что я забыла про свою обиду и простила её. Домой мы пошли вместе.
Нижнеозёрск — небольшой город в средней полосе России, с железнодорожной станцией, речкой, базаром, фабрикой, мясокомбинатом, библиотекой и театром; и «цирк летом приезжает». Цены на всё аховые, земля вокруг начинена минами и снарядами. И всё-таки жизнь как будто налаживается. Во всяком случае, люди уже не пугаются почтальона: он больше не носит похоронок. Солдаты возвращаются домой. Бывает, приходят те, кого и ждать перестали. А кого ждут — не приходят.
Виктор и Вадим (Вад, как зовут его дома) уже твёрдо прописались в безотцовщину. Водят дружбу с отчаянными пацанами, легкомысленно интересуются всем, что взрывается, совершают дальние путешествия на товарных поездах, от материнских рук совсем отбились. Мать, стрелочница на железной дороге, раздумывает, выходить ли ей замуж за культурного человека, бухгалтера. И дети не против, чтобы тот стал им отчимом.
Отец Виктора и Вада до войны учился в военном училище, воевал на финском фронте. Так что и старший сын его плохо помнит, а о младшем говорить нечего. И вот однажды отец, о котором известно, что он погиб в сорок четвёртом, приходит домой — здоровый, сильный, строгий, почти чужой. Как в рассказе Андрея Платонова «Возвращение»; ещё этот рассказ назывался «Семья Иванова». Ивановы, Петровы — сколько таких семей было после Победы!
В повести Евгения Дубровина «В ожидании козы» они Бородины — отец с матерью и два брата. Это повесть для подростков. Но её сюжет и, прежде всего, жизнь Бородиных осложняется тем, что воскресший солдат был в окружении и в плену. Правда, он бежал из плена, как-то попал во Францию, участвовал в Сопротивлении. Но паспорта у него нет; как кормить семью, неясно.
Возникает мечта о благословенном крае, деревне Утиное, где отца все знают и, конечно, сразу возьмут на работу (он там родился и кузнечил когда-то). Немцев в Утином не было, кругом сады, народ зажиточный, пшеницы — что песка речного, «в пруду столько рыбы, что сунь палец — укусит». Главное, коза не дороже кошки.
В первой части повести Утиное — миф, во второй — реальность. Маленькая степная деревня с большим кладбищем. Люди голодают жесточе, чем в Нижнеозёрске, даже лебеду всю поели. В колхозе одни женщины да инвалиды. Особого доверия к бывшему пленному нет. Стоило Виктору провиниться — школьное начальство тут же связало его проступок с пленом отца. Ещё неизвестно, чем бы кончилось глупое и опасное разбирательство «срыва стенгазеты», если бы всё не разрешилось само собой. Причём так трагически, как в детских книгах почти никогда не бывает.
Родители ведь отправились за той самой козой в совсем уж сказочную местность — Белогорье. Пешком, километров двести от Утиного. Козу теперь надеялись выменять на ценные вещи — пальто, шаль, перину. Детям дали наказ, что делать и чего не делать, и оставили собаку Рекса.
Собака охраняла братьев верно, однако недолго. Смерть Рекса оказалась нелепой и жуткой. Что говорить об этом, когда свобода Виктора и Вада закончилась гибелью младшего брата. И когда Виктору не пришлось держать ответ перед родителями за всё, что в их отсутствие случилось, потому что домой они не вернулись. Письмо-то от них он получил, что козу купили, идут днём и ночью, но места глухие, идти страшно, «овраги одни, деревень совсем мало и люди встречаются редко». Виктор ждал родителей ещё года два, ходил по деревням, спрашивал. «Убили небось, — говорила какая-нибудь старушка. — Тогда могли за козу…»
Кроме Бородиных, в повести много народу. Мальчишки в Нижнеозёрске, мальчишки в Утином и райцентре — каждый со своим именем или прозвищем и характером. Девочка Лора — первая (нет, вторая) любовь Виктора. Дядя Сева Иванович, ловец детских душ, — то ли родственник, то ли мошенник и вор, то ли в самолёте горевший, то ли в каких-то неприглядных обстоятельствах получивший свои увечья. Разные горожане, колхозники, фронтовики. Люди, которые делят всех вокруг на воевавших и не воевавших, жизнь — на «до Победы» и «после». Притом настроение повести соответствует выражению «смех сквозь слёзы». Тут много шуток, баловства, необязательных приключений и разговоров. Тем ошеломительнее для читателя конец истории и прямое авторское суждение с последней страницы: «После миллионов смертей дёшево ценилась простая человеческая жизнь».
Объяснение:
Началось всё с того, что я упала прямо в коридоре около класса. Все вокруг засмеялись и начали подшучивать надо мной. Во-первых, мне было больно, а во-вторых, мне было очень обидно. Что смешного в том, что человек упал? Ему же больно и немного стыдно. Но хуже всего было то, что моя подруга Наташка смеялась вместе со всеми. От обиды я расплакалась и пересела за другую парту. Я решила, что больше никогда не буду с ней дружить.
После урока Наташа подошла ко мне. Я отвернулась. Она молча сидела около меня и вдруг тоже заплакала.
- Прости меня, - всхлипывала Наташка. - Не знаю, почему я засмеялась. Прости.
Мне стала так жалко подружку, что я забыла про свою обиду и простила её.
Домой мы пошли вместе.