Воспоминания о РахманиновеИ. И. ОстромысленскийС. В. Рахманинов
(Мелочи, впечатления, воспоминания)
Сергей Васильевич Рахманинов — прекрасный образец человека. Гениальный пианист, композитор и дирижёр. Образцовый, любящий муж, безупречный отец и счастливый дедушка <...>
Совершенно напрасно многие из нас считают Сергея Васильевича суровым отшельником, каким-то анахоретом, замкнувшимся в свой талант. Замкнутость Сергея Васильевича — не что другое, как скромность, суровая требовательность к самому себе и тонко развитое чувство меры. Несуществующую фигуру отшельника надо забыть. Натура Сергея Васильевича наполнена до краёв здоровой жизнерадостностью. В нём много внимания и ласки к людям. Его юмор искрится и пенится, как шампанское в только что щёлкнувшей бутылке, заражая всех окружающих. Угрюмым я его не видел ни разу. Правда, Сергей Васильевич часто утомляется и бывает огорчён или даже подавлен. Тогда мешки под его глазами становятся более скульптурными и резче выступает в правом углу рта так называемая складка горечи; много ли весёлого в нашей эмигрантской жизни?
У Сергея Васильевича абсолютный слух, и не только к таинствам звука. Он чувствует фальшь во всех её формах, в какие бы красивые крендели и узоры она ни наряжалась: фальшь самой тонкой обольстительной лести, бездушной игры или ложного пафоса.
В натуре Сергея Васильевича нет никаких «раздвоений» или «провалов», нет ничего ненормального, кроме разве скромности (и даже застенчивости), гипертрофически разросшейся, несмотря на его потрясающий мировой успех. Тридцать лет живёт Рахманинов с друзьями своего детства и с их друзьями, его обожающими, но и до сих пор он не всегда решается упражняться на рояле или готовиться в их присутствии к очередному концерту. Подумайте только: он опасается побеспокоить их своей незатейливой игрой.
Всё свойственное цельному, совершенно здоровому человеку представлено в Рахманинове очень ярко, красиво и полно. Даже почерк. Сергей Васильевич выделяется своим исключительным изяществом. И в галерее величайших русских людей Сергей Васильевич занимает почётное место. Там, где Чайковский, там, где Чехов.
Сергей Васильевич Рахманинов строг и требователен к самому себе. Он исключительно суров при оценке своих собственных достижений. Эта постоянная неудовлетворённость собой чрезвычайно характерна для всех действительно великих творцов и жрецов, которые призываются «к священной жертве», — творцов милостью божьей. И в то же время эта неудовлетворённость собой — тяжёлая крестная мука. Я никогда не забуду одной своей беседы с Сергеем Васильевичем, состоявшейся после непринуждённого ужина в интимном кругу его друзей и членов семьи. Взгляд его серых глаз вдруг как-то углубился, запрятался куда-то внутрь, прекратил связь с окружающей действительностью. И замелькали в этих замечательных глазах какие-то тревожные огоньки, полные отчаяния и муки.
— Только два концерта, Иван Иванович, удаются мне, только один или два концерта... во всём моём «турне». Один или два. Ими и живу. Живу только воспоминанием об этой удаче. А всё остальное... мука...
Сергей Васильевич сидел, не шевелясь, в какой-то бес согнутой, казалось бы, очень неудобной позе, как будто застыл, а его невидящий взгляд смотрел куда-то сквозь стены. И нельзя было не почувствовать за него острой, обжигающей боли. А между тем передо мной сидел признанный всем миром колдун-чародей, великий творец, постигший целиком все тайны рояля и ими в совершенстве овладевший. Ещё недавно восхищённый им знаменитый музыкант сказал:
— Этот человек всё может. Он знает рояль, как чародей. Я не удивлюсь, если на наших глазах он спокойно, без усилий сложит рояль, превратив его в какой-нибудь маленький предмет, заберёт этот предмет к себе под мышку и раскланяется с вами при его всегда приветливой, но сдержанной улыбке.
С каждым годом празднование Дня Победы все больше превращается в фарс. Политики всех мастей торгуют подвигами своих и чужих предков и не стесняются переписывать историю. Не имеющие отношения к Великой Отечественной войне люди устраивают нелепые акции, нередко забывая о дряхлых стариках, которые действительно противостояли гитлеровцам в те далекие годы.
Собранные из псевдоветеранов массовки, заполонившие все вокруг георгиевские ленточки, пламенные речи общественных деятелей, клятвы «вечно помнить и никогда не допустить» – вряд ли подобный ажиотаж радует настоящих участников кровопролитных сражений с фашистами.
Нам меньше всего хотелось бы уподобляться таким деятелям. Поэтому Song-Story.ru скромно поздравляет героических победителей нацизма статьей о знаменитой композиции «День Победы», напоминающей, что радость в эти дни должна быть «со слезами на глазах».
История создания песни «День Победы»
Идея песни принадлежит поэту Владимиру Харитонову. Весной 1975 года он написал слова и представил их Давиду Тухманову, который быстро сочинил музыку.
Используйте клавиши вверх/вниз, чтобы увеличить или уменьшить громкость.
Произведение в исполнении Татьяны Сашко, жены Тухманова, было включено в конкурсную программу Союза композиторов СССР на лучшую песню о Великой Отечественной войне.
Но призером мероприятия песня «День Победы» не стала. Она подверглась критике со стороны нескольких авторитетных членов Союза композиторов. Корифеи усмотрели в ней элементы западной музыки, что было недопустимо в те времена. Кроме того, они посчитали Давида Тухманова слишком молодым и «незрелым» для произведения государственного масштаба.
Исполнители
Несмотря на столь критические рецензии, судьба песни сложилась более чем удачно. Накануне празднования 30-летия Победы ее исполнил на «Голубом огоньке» Леонид Сметанников. Его версия очень понравилась зрителям, приславшим в студии множество писем.
Затем на «День Победы» обратил внимание Лев Лещенко. Послушаем мэтра:
Ко мне подошел один из редакторов «Юности» и сказал, что есть хорошая песня, которую зарубили на худсовете. Я заинтересовался, кто ее записал. Оказалось, что Таня Сашко, жена композитора Давида Тухманова. Спрашиваю, а есть клавир какой-то. Да, говорят, есть и клавир, и партитура — вон они лежат. Я с Тухмановым даже не стал тогда разговаривать сказал, хорошо, возьму ее в поездку, может, что и удастся. Буквально в поездке мне ребята из «Мелодии» сделали легкую аранжировку, и мы решили попробовать. В конце апреля 1975-гов Алма-Ате состоялась премьера песни. Я увидел, что с залом творится нечто невероятное.
А в ноябре 1975 года Лев Лещенко спел «День Победы» с хором МВД в прямом эфире, после чего тожественная послевоенная песня стала всесоюзным шлягером. Обойти цензуру вмешательство милицейского начальства. Вспоминает Лев Валерьянович:
И вот настал День милиции, который тогда транслировался по двум телевизионным каналам и одному радийному, я подошел к заместителю министра внутренних дел. Говорю, хорошая песня, я ее пою в концертах, но она закрыта для эфира. Послушайте, может, вы силой своего милицейского величия что-нибудь решите. Он отвечает, а давай. И вот на репетиции этот заместитель министра говорит: потрясающе же, почему не дают-то. Вот так и так, легковесно. А он: знаешь, я разрешаю, это наш праздник, никаких проблем, я тут отвечаю за идеологию, пой.
Позже она звучала на фестивалях «Песня-75» и «Песня-76».
Воспоминания о РахманиновеИ. И. ОстромысленскийС. В. Рахманинов
(Мелочи, впечатления, воспоминания)
Сергей Васильевич Рахманинов — прекрасный образец человека. Гениальный пианист, композитор и дирижёр. Образцовый, любящий муж, безупречный отец и счастливый дедушка <...>
Совершенно напрасно многие из нас считают Сергея Васильевича суровым отшельником, каким-то анахоретом, замкнувшимся в свой талант. Замкнутость Сергея Васильевича — не что другое, как скромность, суровая требовательность к самому себе и тонко развитое чувство меры. Несуществующую фигуру отшельника надо забыть. Натура Сергея Васильевича наполнена до краёв здоровой жизнерадостностью. В нём много внимания и ласки к людям. Его юмор искрится и пенится, как шампанское в только что щёлкнувшей бутылке, заражая всех окружающих. Угрюмым я его не видел ни разу. Правда, Сергей Васильевич часто утомляется и бывает огорчён или даже подавлен. Тогда мешки под его глазами становятся более скульптурными и резче выступает в правом углу рта так называемая складка горечи; много ли весёлого в нашей эмигрантской жизни?
У Сергея Васильевича абсолютный слух, и не только к таинствам звука. Он чувствует фальшь во всех её формах, в какие бы красивые крендели и узоры она ни наряжалась: фальшь самой тонкой обольстительной лести, бездушной игры или ложного пафоса.
В натуре Сергея Васильевича нет никаких «раздвоений» или «провалов», нет ничего ненормального, кроме разве скромности (и даже застенчивости), гипертрофически разросшейся, несмотря на его потрясающий мировой успех. Тридцать лет живёт Рахманинов с друзьями своего детства и с их друзьями, его обожающими, но и до сих пор он не всегда решается упражняться на рояле или готовиться в их присутствии к очередному концерту. Подумайте только: он опасается побеспокоить их своей незатейливой игрой.
Всё свойственное цельному, совершенно здоровому человеку представлено в Рахманинове очень ярко, красиво и полно. Даже почерк. Сергей Васильевич выделяется своим исключительным изяществом. И в галерее величайших русских людей Сергей Васильевич занимает почётное место. Там, где Чайковский, там, где Чехов.
Сергей Васильевич Рахманинов строг и требователен к самому себе. Он исключительно суров при оценке своих собственных достижений. Эта постоянная неудовлетворённость собой чрезвычайно характерна для всех действительно великих творцов и жрецов, которые призываются «к священной жертве», — творцов милостью божьей. И в то же время эта неудовлетворённость собой — тяжёлая крестная мука. Я никогда не забуду одной своей беседы с Сергеем Васильевичем, состоявшейся после непринуждённого ужина в интимном кругу его друзей и членов семьи. Взгляд его серых глаз вдруг как-то углубился, запрятался куда-то внутрь, прекратил связь с окружающей действительностью. И замелькали в этих замечательных глазах какие-то тревожные огоньки, полные отчаяния и муки.
— Только два концерта, Иван Иванович, удаются мне, только один или два концерта... во всём моём «турне». Один или два. Ими и живу. Живу только воспоминанием об этой удаче. А всё остальное... мука...
Сергей Васильевич сидел, не шевелясь, в какой-то бес согнутой, казалось бы, очень неудобной позе, как будто застыл, а его невидящий взгляд смотрел куда-то сквозь стены. И нельзя было не почувствовать за него острой, обжигающей боли. А между тем передо мной сидел признанный всем миром колдун-чародей, великий творец, постигший целиком все тайны рояля и ими в совершенстве овладевший. Ещё недавно восхищённый им знаменитый музыкант сказал:
— Этот человек всё может. Он знает рояль, как чародей. Я не удивлюсь, если на наших глазах он спокойно, без усилий сложит рояль, превратив его в какой-нибудь маленький предмет, заберёт этот предмет к себе под мышку и раскланяется с вами при его всегда приветливой, но сдержанной улыбке.
Відповідь:
С каждым годом празднование Дня Победы все больше превращается в фарс. Политики всех мастей торгуют подвигами своих и чужих предков и не стесняются переписывать историю. Не имеющие отношения к Великой Отечественной войне люди устраивают нелепые акции, нередко забывая о дряхлых стариках, которые действительно противостояли гитлеровцам в те далекие годы.
Собранные из псевдоветеранов массовки, заполонившие все вокруг георгиевские ленточки, пламенные речи общественных деятелей, клятвы «вечно помнить и никогда не допустить» – вряд ли подобный ажиотаж радует настоящих участников кровопролитных сражений с фашистами.
Нам меньше всего хотелось бы уподобляться таким деятелям. Поэтому Song-Story.ru скромно поздравляет героических победителей нацизма статьей о знаменитой композиции «День Победы», напоминающей, что радость в эти дни должна быть «со слезами на глазах».
История создания песни «День Победы»
Идея песни принадлежит поэту Владимиру Харитонову. Весной 1975 года он написал слова и представил их Давиду Тухманову, который быстро сочинил музыку.
Используйте клавиши вверх/вниз, чтобы увеличить или уменьшить громкость.
Произведение в исполнении Татьяны Сашко, жены Тухманова, было включено в конкурсную программу Союза композиторов СССР на лучшую песню о Великой Отечественной войне.
Но призером мероприятия песня «День Победы» не стала. Она подверглась критике со стороны нескольких авторитетных членов Союза композиторов. Корифеи усмотрели в ней элементы западной музыки, что было недопустимо в те времена. Кроме того, они посчитали Давида Тухманова слишком молодым и «незрелым» для произведения государственного масштаба.
Исполнители
Несмотря на столь критические рецензии, судьба песни сложилась более чем удачно. Накануне празднования 30-летия Победы ее исполнил на «Голубом огоньке» Леонид Сметанников. Его версия очень понравилась зрителям, приславшим в студии множество писем.
Затем на «День Победы» обратил внимание Лев Лещенко. Послушаем мэтра:
Ко мне подошел один из редакторов «Юности» и сказал, что есть хорошая песня, которую зарубили на худсовете. Я заинтересовался, кто ее записал. Оказалось, что Таня Сашко, жена композитора Давида Тухманова. Спрашиваю, а есть клавир какой-то. Да, говорят, есть и клавир, и партитура — вон они лежат. Я с Тухмановым даже не стал тогда разговаривать сказал, хорошо, возьму ее в поездку, может, что и удастся. Буквально в поездке мне ребята из «Мелодии» сделали легкую аранжировку, и мы решили попробовать. В конце апреля 1975-гов Алма-Ате состоялась премьера песни. Я увидел, что с залом творится нечто невероятное.
А в ноябре 1975 года Лев Лещенко спел «День Победы» с хором МВД в прямом эфире, после чего тожественная послевоенная песня стала всесоюзным шлягером. Обойти цензуру вмешательство милицейского начальства. Вспоминает Лев Валерьянович:
И вот настал День милиции, который тогда транслировался по двум телевизионным каналам и одному радийному, я подошел к заместителю министра внутренних дел. Говорю, хорошая песня, я ее пою в концертах, но она закрыта для эфира. Послушайте, может, вы силой своего милицейского величия что-нибудь решите. Он отвечает, а давай. И вот на репетиции этот заместитель министра говорит: потрясающе же, почему не дают-то. Вот так и так, легковесно. А он: знаешь, я разрешаю, это наш праздник, никаких проблем, я тут отвечаю за идеологию, пой.
Позже она звучала на фестивалях «Песня-75» и «Песня-76».
Пояснення: