Музыка народов Казахстана. Урок 1 Послушай русскую народную песню «Калинка-малинка» Определи ее жанр Горловое пение Песня дума Плясовая песня Хоровое пение
Дебюсси закончил три симфонических произведения, в совокупности называемые «Ноктюрны», в самом начале ХХ века. Он заимствовал название у художника Джеймса Макнейла Уистлера, чьим поклонником являлся. Некоторые гравюры и картины художника как раз и назывались «ноктюрнами».
В этой музыке композитор выступил как подлинный импрессионист, который искал особые звуковые средства, приёмы развития, оркестровку для передачи непосредственных ощущений, вызванных созерцанием природы, эмоциональных состояний людей.
Сам композитор в пояснении к сюите «Ноктюрны» писал, что это название имеет чисто «декоративный» смысл: «Речь идёт не о привычной форме ноктюрна, но обо всём том, что это слово содержит, от впечатлений до особых световых ощущений». Дебюсси однажды признал, что естественным толчком к созданию «Ноктюрнов» послужили его собственные впечатления от современного Парижа.
Сюита имеет три части - «Облака», «Празднества», «Сирены». Каждая из частей сюиты имеет свою программу, написанную композитором.
«Облака»
Триптих «Ноктюрны» открывается оркестровой пьесой «Облака». На мысль назвать так своё сочинение композитора навели не только реальные тучи, которые он наблюдал, стоя на одном из парижских мостов, но и альбом Тёрнера, состоящий из семидесяти девяти этюдов облаков. В них художник передал самые разнообразные оттенки облачного неба. Наброски звучали как музыка, переливаясь самыми неожиданными, едва уловимыми сочетаниями красок. Всё это ожило в музыке Клода Дебюсси.
«Облака», - пояснял композитор, - это картина неподвижного неба с медленно и меланхолически проходящими облаками, уплывающими в серой агонии, нежно оттенённой белым светом».
Слушая «Облака» Дебюсси, мы как бы сами оказываемся вознесёнными над рекой и рассматриваем однообразно-унылое пасмурное небо. Но в этом однообразии – масса красок, оттенков, переливов, мгновенных изменений.
Дебюсси хотел отразить в музыке «медленный и торжественный марш облаков по небу». Извилистая тема у деревянных духовых рисует нам прекрасную, но меланхоличную картину, изображающую небо. Альт, флейта, арфа и английский рожок – более глубокий и тёмный по тембру родственник гобоя – все инструменты добавляют свою тембральную окраску к общей картине. Музыка по динамике лишь едва превышает пиано и, в конце концов, полностью растворяется, словно облака исчезают на небосклоне.
В 1791 году, когда Гайдну было уже около 60 лет, умер, старый князь Эстерхази. Его наследник, не питавший большой любви к музыке, распустил капеллу. Но и ему было лестно, чтобы композитор, ставший известным, числился его капельмейстером. Это вынудило молодого Эстерхази назначить Гайдну пенсию,, достаточную для того, чтобы «его слуга» не поступал на новую службу.
Гайдн был счастлив! Наконец-то он свободен и независим! На предложение поехать с концертами в Англию он дал согласие. Совершая путешествие на корабле, Гайдн впервые увидел море. А сколько раз он мечтал о нем, стараясь представить себе безбрежную водную стихию, движение волн, красоту и изменчивость окраски воды. Когда-то в молодости Гайдн даже пытался передать в музыке картину разбушевавшегося моря.
Ново и необычно было все для Гайдна и в Англией. Концерты, в которых он дирижировал своими произведениями, проходили с триумфальным успехом. Это было первое открытое массовое признание его музыки. Университет в городе Оксфорде избрал его своим почетным членом.
Гайдн дважды посетил Англию. За эти годы композитор написал свои знаменитые двенадцать «Лондонских симфоний». Талант его достигает наивысшего расцвета. Глубже и выразительнее зазвучала музыка, серьезнее стало содержание, богаче и разнообразнее краски оркестра.
Несмотря на огромную занятость, Гайдн успевал слушать много новой для себя музыки. Особенно сильное впечатление произвели на него оратории (как и в опере, исполнителями оратории являются солисты, хор и оркестр, но сценическое действие в оратории отсутствует) немецкого композитора Генделя, его старшего современника. Впечатление от музыки Генделя было так велико, что, возвратившись в Вену, Гайдн написал две ораторий — «Сотворение мира» и «Времена года». Несколько раньше, на обратном пути из Лондона, проезжая через Бонн, Гайдн познакомился с юным Бетховеном. По приезде в Вену он занимался с ним по композиции. Эти встречи и беседы стали как бы эстафетой, которую передал Гайдн будущему великому композитору.
«Лондонские симфонии» и оратории были вершиной творчества Гайдна. После ораторий он уже почти ничего не написал. Слишком напряженно жизнь. Силы его иссякли.
Последние годы композитор провел на окраине Вены, в маленьком домике. Тихое и уединенное жилище посещали почитатели таланта композитора. Беседы касались Особенно любил вспоминать Гайдн свою молодость — тяжелую, трудовую, но полную смелых, настойчивых поисков.
Умер Гайдн в 1809 году и похоронен был в Вене. Впоследствии его останки были перенесены в Эйзенштадт, где он провел так много лет своей жизни.
«Ноктюрны»
Дебюсси закончил три симфонических произведения, в совокупности называемые «Ноктюрны», в самом начале ХХ века. Он заимствовал название у художника Джеймса Макнейла Уистлера, чьим поклонником являлся. Некоторые гравюры и картины художника как раз и назывались «ноктюрнами».
В этой музыке композитор выступил как подлинный импрессионист, который искал особые звуковые средства, приёмы развития, оркестровку для передачи непосредственных ощущений, вызванных созерцанием природы, эмоциональных состояний людей.
Сам композитор в пояснении к сюите «Ноктюрны» писал, что это название имеет чисто «декоративный» смысл: «Речь идёт не о привычной форме ноктюрна, но обо всём том, что это слово содержит, от впечатлений до особых световых ощущений». Дебюсси однажды признал, что естественным толчком к созданию «Ноктюрнов» послужили его собственные впечатления от современного Парижа.
Сюита имеет три части - «Облака», «Празднества», «Сирены». Каждая из частей сюиты имеет свою программу, написанную композитором.
«Облака»
Триптих «Ноктюрны» открывается оркестровой пьесой «Облака». На мысль назвать так своё сочинение композитора навели не только реальные тучи, которые он наблюдал, стоя на одном из парижских мостов, но и альбом Тёрнера, состоящий из семидесяти девяти этюдов облаков. В них художник передал самые разнообразные оттенки облачного неба. Наброски звучали как музыка, переливаясь самыми неожиданными, едва уловимыми сочетаниями красок. Всё это ожило в музыке Клода Дебюсси.
«Облака», - пояснял композитор, - это картина неподвижного неба с медленно и меланхолически проходящими облаками, уплывающими в серой агонии, нежно оттенённой белым светом».
Слушая «Облака» Дебюсси, мы как бы сами оказываемся вознесёнными над рекой и рассматриваем однообразно-унылое пасмурное небо. Но в этом однообразии – масса красок, оттенков, переливов, мгновенных изменений.
Дебюсси хотел отразить в музыке «медленный и торжественный марш облаков по небу». Извилистая тема у деревянных духовых рисует нам прекрасную, но меланхоличную картину, изображающую небо. Альт, флейта, арфа и английский рожок – более глубокий и тёмный по тембру родственник гобоя – все инструменты добавляют свою тембральную окраску к общей картине. Музыка по динамике лишь едва превышает пиано и, в конце концов, полностью растворяется, словно облака исчезают на небосклоне.
Гайдн был счастлив! Наконец-то он свободен и независим! На предложение поехать с концертами в Англию он дал согласие. Совершая путешествие на корабле, Гайдн впервые увидел море. А сколько раз он мечтал о нем, стараясь представить себе безбрежную водную стихию, движение волн, красоту и изменчивость окраски воды. Когда-то в молодости Гайдн даже пытался передать в музыке картину разбушевавшегося моря.
Ново и необычно было все для Гайдна и в Англией. Концерты, в которых он дирижировал своими произведениями, проходили с триумфальным успехом. Это было первое открытое массовое признание его музыки. Университет в городе Оксфорде избрал его своим почетным членом.
Гайдн дважды посетил Англию. За эти годы композитор написал свои знаменитые двенадцать «Лондонских симфоний». Талант его достигает наивысшего расцвета. Глубже и выразительнее зазвучала музыка, серьезнее стало содержание, богаче и разнообразнее краски оркестра.
Несмотря на огромную занятость, Гайдн успевал слушать много новой для себя музыки. Особенно сильное впечатление произвели на него оратории (как и в опере, исполнителями оратории являются солисты, хор и оркестр, но сценическое действие в оратории отсутствует) немецкого композитора Генделя, его старшего современника. Впечатление от музыки Генделя было так велико, что, возвратившись в Вену, Гайдн написал две ораторий — «Сотворение мира» и «Времена года». Несколько раньше, на обратном пути из Лондона, проезжая через Бонн, Гайдн познакомился с юным Бетховеном. По приезде в Вену он занимался с ним по композиции. Эти встречи и беседы стали как бы эстафетой, которую передал Гайдн будущему великому композитору.
«Лондонские симфонии» и оратории были вершиной творчества Гайдна. После ораторий он уже почти ничего не написал. Слишком напряженно жизнь. Силы его иссякли.
Последние годы композитор провел на окраине Вены, в маленьком домике. Тихое и уединенное жилище посещали почитатели таланта композитора. Беседы касались Особенно любил вспоминать Гайдн свою молодость — тяжелую, трудовую, но полную смелых, настойчивых поисков.
Умер Гайдн в 1809 году и похоронен был в Вене. Впоследствии его останки были перенесены в Эйзенштадт, где он провел так много лет своей жизни.