Кология — это новая область науки, появившаяся во второй половине XX века. Точнее, считается, что в качестве отдельной дисциплины экология зародилась на рубеже XX века, и что она получила общественную известность в 1960-е годы, в связи с широко распространённым беспокойством за состоянием окружающей среды[1]. Тем не менее, идеи экологии в какой-то степени известны уже давно, и принципы экологии разрабатывались постепенно, тесно переплетаясь с развитием других биологических дисциплин. Таким образом, возможно, одним из первых экологов былАристотель. В «Истории животных» он дал экологическую классификацию животных, писал о среде обитания, типе движения, местообитании, сезонной активности, общественной жизни, наличии убежищ, использовании голоса. Его последователь, Теофраст, в основном исследовал растения и считается античным основоположником геоботаники. Плиний Старший в своей работе «Естественная история» представил экономическую подоплёку зооэкологических представлений. В индийских трактатах «Рамаяна» и «Махабхарата» (VI—I века до н. э.) можно обнаружить описания образа жизни зверей (более 50 видов), местообитания, питания, размножения, суточной активности, поведения при изменениях природной обстановки.
до сих пор мне казалось: что же тут трудного? если друг тебе — друг, то ведь это прекрасно, есть с кем поделиться, а это так облегчает жизнь! и радости, и заботы — пополам. но однажды произошел случай, который заставил меня задуматься: так ли уж легко быть хорошим другом?
однажды мой друг витька сказал мне, что поделится со мной «страшной» тайной. я пообещал ему, что сохраню его тайну ото всех. и тут он признался мне, что вытаскивает из почтовых ящиков в нашем подъезде письма, читает их, а потом заклеивает обратно и кладет на место. я обмер. на вопрос, зачем он это делает, витька ответил коротко: «интересно». мне стало не по себе. я посоветовал ему прекратить безобразие, пока не поздно, потому что все тайное становится явным.
а между тем события скоро приобрели неожиданный поворот. несколько жильцов на почте, что получают письма почти распечатанными. почтальонша получила от начальства нахлобучку. несмотря на это, витька не прекращал «забавляться». я не знал, что мне делать. а потом решился: сказал витьке, что расскажу обо всем соседям. «ты же дал слово сохранить мою тайну. это не по-дружески! » — возмутился друг. «а можно дружить с человеком, от поступков которого другие? »по правде говоря, я не знал, как мне быть дальше. с одной стороны, я обещал витьке сохранить его тайну, с другой — я сам становился как бы его сообщником.на витьку все-таки подействовало — он прекратил читать чужие письма. однако с тех пор он перестал меня замечать. а мне вспомнились слова учительницы: нелегко быть хорошим другом. тогда я не понял, почему нелегко. а теперь мне стало ясно, что говорить другу правду — значит проверять дружбу на прочность.
до сих пор мне казалось: что же тут трудного? если друг тебе — друг, то ведь это прекрасно, есть с кем поделиться, а это так облегчает жизнь! и радости, и заботы — пополам. но однажды произошел случай, который заставил меня задуматься: так ли уж легко быть хорошим другом?
однажды мой друг витька сказал мне, что поделится со мной «страшной» тайной. я пообещал ему, что сохраню его тайну ото всех. и тут он признался мне, что вытаскивает из почтовых ящиков в нашем подъезде письма, читает их, а потом заклеивает обратно и кладет на место. я обмер. на вопрос, зачем он это делает, витька ответил коротко: «интересно». мне стало не по себе. я посоветовал ему прекратить безобразие, пока не поздно, потому что все тайное становится явным.
а между тем события скоро приобрели неожиданный поворот. несколько жильцов на почте, что получают письма почти распечатанными. почтальонша получила от начальства нахлобучку. несмотря на это, витька не прекращал «забавляться». я не знал, что мне делать. а потом решился: сказал витьке, что расскажу обо всем соседям. «ты же дал слово сохранить мою тайну. это не по-дружески! » — возмутился друг. «а можно дружить с человеком, от поступков которого другие? »по правде говоря, я не знал, как мне быть дальше. с одной стороны, я обещал витьке сохранить его тайну, с другой — я сам становился как бы его сообщником.на витьку все-таки подействовало — он прекратил читать чужие письма. однако с тех пор он перестал меня замечать. а мне вспомнились слова учительницы: нелегко быть хорошим другом. тогда я не понял, почему нелегко. а теперь мне стало ясно, что говорить другу правду — значит проверять дружбу на прочность.