Да, говорить и слышать я не могу, от рождения глухонемой, но думать, слушать, соображать и чувствовать очень хорошо умею. Эх, и за какие грехи перевели меня в услужение к старой барыне в город из деревни? Видно, потому, что я ото всех наших обликом отличался: двенадцати вершков роста, сложен богатырем, самый лучший тягловой, работаю за четверых, да еще и говорить не умею. Вот, без дела теперь сохну здесь в усадьбе старой и скупой барыни, доживающей свой век в одиночестве, только дворня у нее в окружении, потому что она вдова, а сыновья ее служат в Петербурге, дочери вышли замуж… Привезли меня в Москву, как бесправную скотину, как быка, которого только что взяли с нивы, где сочная трава росла ему по брюхо, — взяли, поставили на вагон железной дороги — и вот, обдавая его тучное тело то дымом с искрами, то волнистым паром, мчат его теперь, мчат со стуком и визгом, а куда мчат — бог весть! Купили мне сапоги, сшили кафтан на лето, на зиму тулуп, дали в руки метлу и лопату и определили дворником. Долго я привыкал, никак не мог понять, зачем я здесь, даже часто останавливался посреди двора и глядел, разинув рот, на всех проходящих, как бы желая добиться от них решения загадочного своего положения, то вдруг уходил куда-нибудь в уголок и, далеко швырнув метлу и лопату, бросался на землю лицом и целые часы лежал на груди неподвижно, как пойманный зверь.
То ли дело раньше: я был на воле как дерево, как дуб, исполинский, молчаливый и могучий. Бывало, выйдешь из своей родной маленькой избушки с братьями в поле, и дело спорится, и пашешь, налегая огромными ладонями на соху. Братья смеялись, потому что им казалось, что я один, без лошаденки, взрезывал упругую грудь земли, либо о Петров день так сокрушительно действовал косой, что хоть бы молодой березовый лесок смахивать с корней долой, либо проворно и безостановочно молотил трехаршинным цепом, и как рычаг опускались и поднимались продолговатые и твердые мышцы моих плеч. А мое постоянное безмолвие придавало торжественную важность работе. Хороший я мужик, а коли язык бы ворочался, глядишь, и жена бы была у меня. А теперь двор мету да стерегу. Смешная работа! Ну что это против работы на земле?! Двор содержать в чистоте, два раза в день привезти бочку с водой, натаскать и наколоть дров для кухни и дома, да чужих не пускать и по ночам караулить. Недавно двух воров поймал, да так лбами их свел, что они, что на глаза мне попались! Все в округе обходят теперь двор стороной с недоброй мыслью. Я порядок люблю! Вон, гуси, какие важные ходят, все порядком у них, а кто сунется к ним – мало не покажется – защиплют до смерти! И я теперь как гусак по двору хожу порядки навожу! Я усердно исполняю свою обязанность: на дворе у меня никогда ни щепок не валяется, ни сору; застрянет ли в грязную пору где-нибудь с бочкой отданная под мое начальство разбитая кляча-водовозка, я только двину плечом — и не только телегу, самое лошадь спихну с места; дрова ли я примусь колоть, топор так и звенит у меня, как стекло, и летят во все стороны осколки и поленья. С дворней я сошелся, но кажусь из-за молчания своего им угрюмым, поэтому мы коротки со всеми, я их за своих считаю. И каморку под кухней мне дали, сделал я там все сам, как захотел, соорудил в ней кровать из дубовых досок на четырех чурбанах, — истинно богатырскую кровать; под кроватью - дюжий сундук; в уголке столик такого же крепкого свойства, а возле столика — стул на трех ножках, да такой прочный и приземистый, что я сам иногда уроню его и дивлюсь прочности его. Каморка моя запирается на замок, ключ всегда ношу с собой. Я не люблю, чтобы ко мне ходили.
В сказке А. Волкова ”Семь подземных королей” рассказывается, как волшебник Гурикап придумал Волшебную страну, где звери и птицы разговаривали, как люди, всегда было лето. Эту страну окружали горы и пустыня. В одном из государств Волшебной страны сын короля хотел занять его место. Король раскрыл заговор, сына короля и его сторонников изгнали под землю. У принца подземной страны родилось семь сыновей, после своей смерти он велел им править по очереди. Жителям страны надо было через месяц менять колпаки и приветствовать нового короля уже по-другому. Чтобы прокормить королей, их слуг, войска, люди работали очень много часов. Однажды ловчий Ортега попробовал воду из подземного бассейна, он уснул и стал, как младенец. Один из хранителей решил усыплять королей, пока они не правят. Королей стали усыплять вместе со слугами, солдатами, придворными. Короли проснувшись, праздновали, хранитель управлял страной. В Волшебной стране поселились волшебницы. В центральную область страны попал Гудвин, построил там Изумрудный город. Он притворялся волшебником. Девочка Элли с Дровосека, Страшилы и Льва разгадала тайну Гудвина. Во втором путешествии Элли в Волшебную страну она победила злого Урфина Джуса и его деревянных солдат. Предатель Билан решил скрыться под землей. Он выпустил волшебную воду из бассейна, за это его сделали слугой. Постепенно проснулись все короли и придворные. Стало нехватать продуктов. В это время Элли гостила у родственников. Она с мальчиком Фредом решила спуститься в пещеру. Произошел обвал, они уже не могли вернуться. Они пошли по проходу, потом плыли на лодке. Потом приплыли к городу. Но там никто не жил. Лодку разрушили шестилапые. Потом они нашли лодку, сделанную из кожи шестилапого, поплыли на ней. По реке они прибыли в Страну Подземных рудокопов. Пешком пошли к городу. Король разговаривал с Элли. Элли сказала, что они хотят вернуться домой. Билан наврал про Элли, что она фея и может вернуть волшебную воду. Элли сделала вид, что колдовала, Тотошка убежал из Страны рудокопов. Он добрался до Страшилы. Страшила и Дровосек, Лев решили освободить Элли. Тотошка принес Элли письмо, где друзья Элли грозили войной жителям Страны рудокопов. Элли рассказала об этом письме, но никто не испугался войны. Жители не помнили, что такое война. И надеялись победить, используя шестилапых и драконов. Страшила, Дровосек и Лев готовились к войне. На этот раз Фред сбежал из страны. Фред стал отговаривать Страшилу и Дровосека от войны. Чтобы выручить Элли, механик Лестар посоветовал использовать насос и достать волшебную воду для жителей подземной страны. Страшила, Лев и Дровосек прислали припасы жителям подземного мира и сами пришли в гости. После пира все жители заснули, Лестар с мастерами пробурили скважину, вода полилась в бассейн. Хранителю Ружеро Страшила посоветовал усыпить всех королей, а потом внушить, что они были простыми людьми. Но короли хотели усыпить друг друга. Было объявлено, что Элли уже совершит в ближайшее время колдовство. К бассейну с водой пришли короли, их слуги, придворные. Они уснули от испарений воды. Остальные люди, охраняемые талисманами, не уснули. Деревянные солдаты перенесли уснувших во дворец. В Стране Подземных рудокопов стали жить без королей. Правителем выбрали хранителя Ружеро. Когда короли просыпались, то их перевоспитывали. Пещеру с волшебной водой закрыли. Жители подземной страны стали переселяться наверх. Элли и Фред с Тотошкой на драконе полетели домой.
Да, говорить и слышать я не могу, от рождения глухонемой, но думать, слушать, соображать и чувствовать очень хорошо умею. Эх, и за какие грехи перевели меня в услужение к старой барыне в город из деревни? Видно, потому, что я ото всех наших обликом отличался: двенадцати вершков роста, сложен богатырем, самый лучший тягловой, работаю за четверых, да еще и говорить не умею. Вот, без дела теперь сохну здесь в усадьбе старой и скупой барыни, доживающей свой век в одиночестве, только дворня у нее в окружении, потому что она вдова, а сыновья ее служат в Петербурге, дочери вышли замуж… Привезли меня в Москву, как бесправную скотину, как быка, которого только что взяли с нивы, где сочная трава росла ему по брюхо, — взяли, поставили на вагон железной дороги — и вот, обдавая его тучное тело то дымом с искрами, то волнистым паром, мчат его теперь, мчат со стуком и визгом, а куда мчат — бог весть! Купили мне сапоги, сшили кафтан на лето, на зиму тулуп, дали в руки метлу и лопату и определили дворником. Долго я привыкал, никак не мог понять, зачем я здесь, даже часто останавливался посреди двора и глядел, разинув рот, на всех проходящих, как бы желая добиться от них решения загадочного своего положения, то вдруг уходил куда-нибудь в уголок и, далеко швырнув метлу и лопату, бросался на землю лицом и целые часы лежал на груди неподвижно, как пойманный зверь.
То ли дело раньше: я был на воле как дерево, как дуб, исполинский, молчаливый и могучий. Бывало, выйдешь из своей родной маленькой избушки с братьями в поле, и дело спорится, и пашешь, налегая огромными ладонями на соху. Братья смеялись, потому что им казалось, что я один, без лошаденки, взрезывал упругую грудь земли, либо о Петров день так сокрушительно действовал косой, что хоть бы молодой березовый лесок смахивать с корней долой, либо проворно и безостановочно молотил трехаршинным цепом, и как рычаг опускались и поднимались продолговатые и твердые мышцы моих плеч. А мое постоянное безмолвие придавало торжественную важность работе. Хороший я мужик, а коли язык бы ворочался, глядишь, и жена бы была у меня. А теперь двор мету да стерегу. Смешная работа! Ну что это против работы на земле?! Двор содержать в чистоте, два раза в день привезти бочку с водой, натаскать и наколоть дров для кухни и дома, да чужих не пускать и по ночам караулить. Недавно двух воров поймал, да так лбами их свел, что они, что на глаза мне попались! Все в округе обходят теперь двор стороной с недоброй мыслью. Я порядок люблю! Вон, гуси, какие важные ходят, все порядком у них, а кто сунется к ним – мало не покажется – защиплют до смерти! И я теперь как гусак по двору хожу порядки навожу! Я усердно исполняю свою обязанность: на дворе у меня никогда ни щепок не валяется, ни сору; застрянет ли в грязную пору где-нибудь с бочкой отданная под мое начальство разбитая кляча-водовозка, я только двину плечом — и не только телегу, самое лошадь спихну с места; дрова ли я примусь колоть, топор так и звенит у меня, как стекло, и летят во все стороны осколки и поленья. С дворней я сошелся, но кажусь из-за молчания своего им угрюмым, поэтому мы коротки со всеми, я их за своих считаю. И каморку под кухней мне дали, сделал я там все сам, как захотел, соорудил в ней кровать из дубовых досок на четырех чурбанах, — истинно богатырскую кровать; под кроватью - дюжий сундук; в уголке столик такого же крепкого свойства, а возле столика — стул на трех ножках, да такой прочный и приземистый, что я сам иногда уроню его и дивлюсь прочности его. Каморка моя запирается на замок, ключ всегда ношу с собой. Я не люблю, чтобы ко мне ходили.
В сказке А. Волкова ”Семь подземных королей” рассказывается, как волшебник Гурикап придумал Волшебную страну, где звери и птицы разговаривали, как люди, всегда было лето. Эту страну окружали горы и пустыня. В одном из государств Волшебной страны сын короля хотел занять его место. Король раскрыл заговор, сына короля и его сторонников изгнали под землю. У принца подземной страны родилось семь сыновей, после своей смерти он велел им править по очереди. Жителям страны надо было через месяц менять колпаки и приветствовать нового короля уже по-другому. Чтобы прокормить королей, их слуг, войска, люди работали очень много часов. Однажды ловчий Ортега попробовал воду из подземного бассейна, он уснул и стал, как младенец. Один из хранителей решил усыплять королей, пока они не правят. Королей стали усыплять вместе со слугами, солдатами, придворными. Короли проснувшись, праздновали, хранитель управлял страной. В Волшебной стране поселились волшебницы. В центральную область страны попал Гудвин, построил там Изумрудный город. Он притворялся волшебником. Девочка Элли с Дровосека, Страшилы и Льва разгадала тайну Гудвина. Во втором путешествии Элли в Волшебную страну она победила злого Урфина Джуса и его деревянных солдат. Предатель Билан решил скрыться под землей. Он выпустил волшебную воду из бассейна, за это его сделали слугой. Постепенно проснулись все короли и придворные. Стало нехватать продуктов. В это время Элли гостила у родственников. Она с мальчиком Фредом решила спуститься в пещеру. Произошел обвал, они уже не могли вернуться. Они пошли по проходу, потом плыли на лодке. Потом приплыли к городу. Но там никто не жил. Лодку разрушили шестилапые. Потом они нашли лодку, сделанную из кожи шестилапого, поплыли на ней. По реке они прибыли в Страну Подземных рудокопов. Пешком пошли к городу. Король разговаривал с Элли. Элли сказала, что они хотят вернуться домой. Билан наврал про Элли, что она фея и может вернуть волшебную воду. Элли сделала вид, что колдовала, Тотошка убежал из Страны рудокопов. Он добрался до Страшилы. Страшила и Дровосек, Лев решили освободить Элли. Тотошка принес Элли письмо, где друзья Элли грозили войной жителям Страны рудокопов. Элли рассказала об этом письме, но никто не испугался войны. Жители не помнили, что такое война. И надеялись победить, используя шестилапых и драконов. Страшила, Дровосек и Лев готовились к войне. На этот раз Фред сбежал из страны. Фред стал отговаривать Страшилу и Дровосека от войны. Чтобы выручить Элли, механик Лестар посоветовал использовать насос и достать волшебную воду для жителей подземной страны. Страшила, Лев и Дровосек прислали припасы жителям подземного мира и сами пришли в гости. После пира все жители заснули, Лестар с мастерами пробурили скважину, вода полилась в бассейн. Хранителю Ружеро Страшила посоветовал усыпить всех королей, а потом внушить, что они были простыми людьми. Но короли хотели усыпить друг друга. Было объявлено, что Элли уже совершит в ближайшее время колдовство. К бассейну с водой пришли короли, их слуги, придворные. Они уснули от испарений воды. Остальные люди, охраняемые талисманами, не уснули. Деревянные солдаты перенесли уснувших во дворец. В Стране Подземных рудокопов стали жить без королей. Правителем выбрали хранителя Ружеро. Когда короли просыпались, то их перевоспитывали. Пещеру с волшебной водой закрыли. Жители подземной страны стали переселяться наверх. Элли и Фред с Тотошкой на драконе полетели домой.